Господин Расмуссен в свои 53 года занимает пост руководителя датской пивоварни уже 13 месяцев. Все это время он был не особенно разговорчив с прессой, несмотря на то что ему удалось совершить крупнейшее слияние компании за последние 160 лет, а именно: приобрести за £7,8 триллионов (совместно с голландской Heineken) английскую пивоваренную компанию Scottish & Newcastle.

Это была непростая сделка. Новости о намерениях Carlsberg просочились в прессу до того, как они достигли S&N. Эти настроения очень разозлили владельцев британской компании, которые выступили с суровой критикой датчан в прессе.

В то время как Джон Дансмор (John Dunsmore), исполнительный директор S&N, давал интервью и радовал журналистов красноречивыми высказываниями о том, что поведение компании Carlsberg похоже на проникновение злоумышленника в дом через открытую форточку, Расмуссен оставался безмолвным.

Но как только голубоглазый датчанин входит в офис, расположенный на 20-м этаже силоса, с широчайшей улыбкой на лице, все опасения насчет его нежелания разговаривать исчезают. Начав говорить, он не останавливается.

Расмуссен рассказывает о том, что идея сделки с S&N принадлежала не ему, а его предшественнику Нильсу Андерсену (Nils Andersen), который покинул свой пост в октябре 2007, сам он входил в состав совета директоров, когда начались переговоры с Heineken. Он знал, что на карту поставлена цена крупной сделки. «Я понимал, что должно было случиться, когда согласился на эту должность», - говорит он.

Расмуссен отмечает, что поглощение, которое дало Carlsberg полное владение крупнейшим российским пивным брендом «Балтика», было весьма поучительным процессом, и признается, что он не всегда был так спокоен, как это могло показаться. «Йорн [Йорн Йенсен (Jorn Jensen), финансовый директор Carlsberg] и я часто строили прогнозы, прикидывали, насколько вероятен успех Carlsberg. Иногда случалось что-то, и я понимал, что двигаться дальше в намеченном направлении будет весьма непросто. Тогда начинались мучительные раздумья», - рассказывает он.

Но судя по его опыту, переход на "следующий уровень" никогда не был проблемой для самого Расмуссена. Его детство прошло в небольшой деревушке в 100 километрах к юго-западу от Копенгагена, где его отец управлял кооперативным супермаркетом («Я вырос в деловой среде»), затем он провел 5 лет в Copenhagen Business School, изучая поведение потребителей.

Его первой работой стало изучение рынка для Unilever. Он больше никогда не искал работу сам, его приглашали и приглашают. «Мне всегда везло, никогда не приходилось заниматься поисками работы», - вспоминает он.

Однажды поступило приглашение от Duracell, американской компании, производящей батарейки, в то время как Расмуссен работал менеджером по маркетингу в компании Mars, производящей корм для домашних животных. «Я помню, что сначала мне пришлось учиться работать с едой, а потом надо было переключиться на батарейки. Что может быть скучнее?» - говорит он. Но его назначили главой скандинавского направления, и вскоре он понял, что это совсем не просто и не скучно - заставить жителей Скандинавии работать сообща. «Вы стараетесь убедить финнов делать всё так, как делают в Швеции, но ничего не выходит. Это невозможно», - вспоминает он.

Его карьера изменилась несколькими годами позже, когда в Duracell его начальник предложил ему повышение - отойти от маркетинга и стать главным руководителем датского и финского направлений деятельности компании. Расмуссен воспринял это предложение с неохотой, так как маркетинг был именно тем, чем он хотел заниматься. «Но вскоре я осознал, что мне представилась невероятная возможность сделать что-то более значимое. Ответственность за бизнес, работа в команде - это же более важно, чем просто исследование рынка, где все связано с непредсказуемостью реакции рядового потребителя», - говорит он.

Заведите обширный круг друзей, но держитесь подальше от зоны комфорта

Успех, по словам Расмуссена, не связан просто с удачей в делах. «Это, скорее, умение не сожалеть о содеянном и довольствоваться тем, что ты не сделал бы иного выбора, если бы тебе предстояло все повторить снова», - говорит он.

Два решения помогли ему в жизни и в работе. Первое - всегда иметь много друзей. «Если вы хотите понимать общество и потребителей, если вы встречаетесь и беседуете с другими людьми, одного круга с вами, это не всегда помогает». Большинстово своих друзей Расмуссен приобрел в годы студенчества и до сих пор поддерживает с ними контакт. «Я жил там, где не все вокруг изучали только бизнес», - говорит он и добавляет, что большинство его близких друзей не из сферы бизнеса.

Второе решение - выталкивать себя из "зоны комфорта". Когда Расмуссен был студентом, он путешествовать по миру с международной студенческой организацией AIESEC. Одна из его поездок была в Йоханнесбург, где он проходил стажировку в золотодобывающей компании. «Это было ещё в эпоху апартеида, так что действительно приходилось приспосабливаться, особенно в нерабочее время», - вспоминает он.

Другая поедка была в Гонконг, где он работал на бизнес-группу Jardine Matheson. «Было очень жарко, и в том месте, где мне предложили остановиться, не было абсолютно ничего. Мне полагался только матрас. Никакого веселья, не с кем даже было поговорить», - рассказывает он. Ему удалось выдержать все трудности, и это время он считает временем, когда закалялся его характер и личность. «Я действительно считаю, что благодаря этому опыту я вырос», - говорит он.

Расмуссен заявляет о том, что у него есть собственный тонкий подход к управлению людьми. «Я не только большой босс, указывающий, что делать, а что нет. Но это не означает, что вы не можете быть требовательным», - говорит он. По его убеждению, успеха можно добиться, только оставаясь собой, а не подражая другим людям. «Я много раз видел, как окружающие начинали копировать кого-то, кому удалось достичь вершины карьерной лестницы или просто небывалого успеха. Но это не срабатывало», - рассказывает Расмуссен.

В Дании принято говорить то, что ты думаешь. «Датчане обычно твердо этого придерживаются, мы сами решаем, что нам делать, никто не должен нам указывать», - говорит он.

Эту разницу в менталитетах он особенно остро осознал, когда переехал с женой и двумя сыновьями в Англию в 1993 году, чтобы принять руководство британским и ирландским филиалами Duracell. Он обожает английский юмор из-за обилия иронии, но вот остальные аспекты местной культуры его не порадовали.

После переезда он понял, что не все там так просто. Англичане привыкли все анализировать и делать грандиозные презентации своих открытий. А вот довести дело до конца?

Расмуссен вернулся в Данию через десять лет (он продолжил управлять британским филиалом Gillette, а потом и его подразделением развивающихся рынков после приобретения компанией фирмы Duracell в середине девяностых), после того, как его пригласили руководить восточно-европейскими рынками Carlsberg в 2006 году.

Он никогда не думал о работе в пивоваренной компании, тем более в одной из самых известных пивоваренных компаний Дании. «Безусловно, когда я уезжал из страны в 1993 году, Carlsberg не входила в число компаний, в которых я хотел работать», - говорит он. Но спустя десять лет эта компания вышла за пределы региона, получила международное признание.

Удачно совершив сделку по приобретению S&N, Расмуссен сражается с последствиями. Прорыв Carlsberg на российский рынок, который в начале года казался удачным ходом, теперь беспокоит инвесторов, которые считают, что постепенная девальвация рубля уменьшит их прибыль (40% которой приходит именно с русского рынка) и помешает сбыту товаров.

Но Расмуссен не впадает в уныние. «Конечно, российский рынок испытает определенное влияние из-за сложившейся мировой экономической ситуации, но через три года Россия останется растущим рынком и будет увеличивать обороты больше, чем Дания, Великобритания или США. Нам повезло, что мы не занимаемся автомобилями, - смеется он. - Мы продаем пиво - всегда востребованный продукт».

Он подходит к столу и находит понравившуюся статью. «Если бы я прислушивался ко всему, что говорят и пишут, мне бы следовало давно лечь в гроб», - говорит он и показывает отрывок из Economist Intelligence Unit «Россия и мировой кризис - надежда на развивающиеся рынки».

По материалам сайта www.ft.com.