Этот вопрос очень хорошо разработан во многих фирмах и организациях. В прежние времена было придумано множество часто практикуемых и хорошо освоенных способов обессмысливания – в том числе и совещаний.

Наиболее простой способ создать бессмысленное совещание – все время что-то терять и выяснять это: "Где повестка дня? Кто же все-таки отвечает? Как будем проверять выполнение? Кому это нужно?". Также можно обсуждать, что додумаем потом, а что будем делать сразу. Все это не нарушает общей правильности и привычности происходящего, но неуловимо ведет к скрытой сонливости и отстраненности от происходящего всех присутствующих. Каждый погружается в свой мир и, оставаясь с открытыми глазами, изредка кивает в такт вопрошающему, удерживая серьезное выражение лица. А что делать?! Скрытый пакт "считать все происходящее существующим" нарушать неприлично!

Особенно хорошо для усиления бессмысленности проводить совещание в быстром темпе, но с большим количеством вопросов в программе. Исходной моделью такого совещания, конечно, является лекционный урок в школе – неожиданно безопасный, потому что никого не спрашивают. На подобном совещании главный выступающий, скорее всего, главный не только на совещании. Он все говорит сам, сам подводит итоги, спрашивает только тех, кто и так все знает. В общем, где-то в углу притаился возможный инспектор, который уж точно увидит, какие мы умные.

Неплохим обессмысливающим средством является и противоположный прием "замедление всего происходящего". Переспрашивания, уточнения, горестное подчеркивание услышанного, задавание риторических вопросов, повторение отдельных пунктов, чтобы даже спящий с открытыми глазами усвоил весь ужас разбираемого, возвращение к уже разобранному, откладывание на потом, которое наступает через пять минут, нагоняемый пессимизм, когда размышления об убытках соперничают только с проблемой упущенных возможностей (желательно – по вопросу разбазаривания салфеток при чаепитии). Наконец, внесение мелких вопросов, которые неожиданно всех задевают… Вот лишь маленькая толика приемов, позволяющих подкорректировать темп происходящего в сторону замедления.

Применимы и более мелкие трюки. Например, можно задать вопрос и самому начать на него отвечать. Хорошо также долго обсуждать, почему задерживаются те, кто задерживается, где те, кто должны были быть, и кого нет, кто должен был их оповестить, и почему это не было сделано. С появлением опоздавших игра приобретает новую сладость. Можно превратить действо в подобие очной ставки: начать их спрашивать, от кого и когда они узнали, где им следовало сейчас находиться.

Хорошо также спросить всех присутствующих поочередно, что они думают по какому-либо вопросу. Он должен быть таков, чтобы они о нем не только не собирались думать, но и в принципе не могли начать думать. Например: "Что у нас происходит и каковы тенденции?". Всякую попытку выяснить, что Вы имели в виду, задавая вопрос, следует немедленно блокировать.

Помогает также звонок от очень важного лица и длинный разговор по телефону в разгар совещания. Присутствующие хранят почтительное молчание и забывают, о чем шла речь до этого. Если какой-то смысл и был – он непременно будет потерян в паузе.

Мы специально говорим лишь о формах, приводящих совещания к бессмысленности. Разумеется, и содержание совещания как таковое может являться сильным средством. Уже заменой ожидаемых вопросов на совсем другие можно добиться многого. Но переходить к содержанию стоит все же после того, как выяснено, кто сегодня главный, можно ли так испортить кому-то здесь настроение, чтобы он не понял, кто это сделал и почему, а также прояснены ли другие немаловажные вопросы. Для себя хорошо бы понимать, зачем действительно ты здесь находишься и как себя развлечь.

Но наиболее мастерским способом обессмыслить совещание является умение подготовить его, что называется, "со звериной серьезностью": как будто без включённого в повестку дня вопроса и его обсуждения все погибнет. На самом деле (ох уж это "на самом деле"!), сама заявка серьезности – себя, темы, задач – чаще всего и исчерпывает смысл совещания. То, что обсуждается – забывается, как только участники совещания расходятся, так как потребность в серьезности и значительности уже удовлетворена. Все остальное тает в воздухе почти волшебным образом: о чем говорили (хотя и записали), зачем собирались, что узнали нового – эти важные вопросы лучше потом не задавать, так как в них таится явная опасность…

Статья директора Центра обучения персонала "Класс" Леонида Кроля впервые опубликована в газете "Работа сегодня" №10 за 2001 год